В 1970 появился RAF – самое феноменальное событие в истории Германии ХХ века. О RAF написано книг и снято фильмом столько же сколько и о всей гитлеровской Германии и о самом Гитлере. Это одно из центральных событие в Германской истории наряду с Крестьянской войной, Реформацией, нацизмом, Веймарской республикой и Франко-прусской войной. Но если в тех событиях принимали участие сотни тысяч, миллионы людей, то вся деятельность RAF это действия сотни, а фактически нескольких десятков человек

Я выделяю 3 поколения RAF.
В первую очередь RAF приобрел всемирную славу за счет того, что во главе него встала целая когорта легендарных деятелей, каждый из которых дополнял другого и каждый был гением в своей области

Фигурой N1 была конечно Ульрика Майнхоф. Она родилась в 1934 году в Йене, ее родители были музейными работниками отец – директором, а мать сотрудницей. В семье были профессора, искусствоведы – сплошь интеллектуалы. Родители умерли от рака когда Ульрика была еще в нежном возрасте и ее воспитанием занялась тетка – Рената Римек. Ульрика получила великолепное образование училась в Марбургском университете, а потом закончила Мюнстерский университет.
Она изучала гуманитарные науки: педагогику, психологию и факультативно историю искусств. Она состояла в нелегальной в те годы компартии Германии и по заданию компартии принимала активное участие в «Движении против атомной опасности»– входила в руководство организации «Комитет против ядерной смерти». Она была одним из лидеров пацифистского движения в Западной Германии, и в этом качестве она была лично знакома с Вилли Брандтом и со всеми видными политиками левого крыла еще будучи студенческой активисткой

Но самое интересное то, что Майнхоф еще девушкой мечтала стать монахиней и даже всерьез задумывалась о том, чтобы принять постриг. Она состояла в «Братстве святого Михаила» тайной мистической организации представлявшие собой нечто среднее между теологической группой и религиозным орденом. Мощный порыв в юношестве к религии, коммунизм (в условиях запрета компартии) и антиамериканское, антиимпериалистическое по своей сути «Движение против ядерной смерти» вот три компонента, которые соединились в ней, да и во всем левом терроризме. Она была некоторое время замужем за известным журналистом и таким же тайным коммунистом Клаусом Райнером Реллем. И с 1959 по 1969 год они вместе руководили знаменитым левым студенческим журналом «Конкрет» выходившем в Гамбурге. Вначале он был органом студенческой организации Социал-демократической партии Германии SDS (Социалистического союза немецких студентов). Но затем SDS исключили из партии потому что коммунисты и в т.ч. Релль проникли в руководства союза, а журнал стал практически независимым и превратился в интеллектуальный центр молодежной левацкой тусовки. Так пересеклись пути центральной новой левой организации Германии – SDS и Ульрики, которая постепенно все дальше отходила от промосковской компартии.

Она была процветающей журналисткой – по рейтингам популярности регулярно входила в десятку лучших журналистов Западной Германии, она родила от Релля девочек-двойняшек, у них был прекрасный собственный дом. У нее были все оправдания для того, чтобы ее не мучила совесть – имидж защитницы эмигрантов, женщин, приютских детей. И все это она оставила ради крови и борьбы…

Гудрун Энслин была на шесть лет младше Ульрики (родилась в 1940 году), дочь евангелического пастора. Ее отец был сторонником известного теолога Карла Барта, видным теологом и художником. Она была прямым потомком Гегеля. Гудрун была девушкой очень образованной: изучала в Тюбингенском университете германистику, славистику, англистику, философию, социологию и педагогику. До 1966 года она была социал-демократкой. В 1966 году произошло событие судьбоносное для германской новой левой – социал-демократы вошли в правительство в коалиции с христианскими демократами. А левые социалисты внутри СДПГ расценивали христианских демократов как полуфашистов, поэтому коалицию с социал-демократов с ХДС восприняли как трагедию. Это привело их к окончательному разрыву с социал-демократией и в результате в Германии родилось массовое новое левое движение известное как «внепарламентская оппозиция» (Auserparlamentopposition –APO). Вначале Гудрун хотела стать педагогом, заниматься воспитанием детей, но передумала и занялась написанием докторской диссертации. Она была замужем за литератором Бернардом Веспером, сыном Вилли Веспера рабочего поэта-коммуниста 20-х годов, ставшего потом крупнейшим нацистским партийным поэтом. Ни Релль, ни Бернард Веспер не стали террористами - у Веспера для такого дела жила была слаба, а Релль обуржуазился и существующий порядок вещей его вполне устраивал. Гудрун была в детстве крайне религиозной девочкой, для нее была характерна жажда кровавого мученического подвига, смерти за идею, подвижничества, стремление достичь Абсолюта, крайний максимализм, нетерпимость в достижении Царства божия на Земле. Стоит вспомнить, что и главный лозунг мюнстерских анабаптистов был «Царство божие на Земле». RAF можно рассматривать как некое воскрешение анабаптизма.


Следующую крупную фигуру первого поколения RAF – Андреаса Баадера называли западноберлинским Марлоном Брандо. Этот молодой человек был по натуре смельчак, авантюрист, любитель мотоциклов и прочей техники, гонщик, драчун – короче, стопроцентный супермен. Он родился в 1943 году. Его отец – директор мюнхенского архива, был мобилизован в армию и погиб на Восточном фронте. Андреас не разу в жизни не видел своего отца, он родился уже после его гибели. Воспитывался он женщинами – матерью, бабкой и теткой. В 1961 году он убежал от своих теток и перебрался из Мюнхена в Западный Берлин. В Берлине он формально числился изучающим социологию в Свободном университете, но в основном дрался, шлялся и жил как альфонс на содержании то у одной, то у другой подруги. Баядер – это классический тип антисоциального элемента, экзистенциального дебошира. Если у Гудрун и Ульрики мотивом борьбы был крестовый поход за идею, то Андреас был просто бандюга и хулиган с интеллектуальной подкладкой.

Очень важную роль на первом этапе деятельности RAF сыграл Хорст Малер. Он родился в 1936 году и был на 2 года младше Ульрики. Он был сыном дантиста, выходца из Судетской области. Хорст окончил в Берлине факультет права, стал преуспевающим адвокатом. Огромный, мощный, бородатый, плешиватый дядька с ярко выраженными семитскими чертами, настоящий половой гигант.

Политическая биография его причудлива – уже будучи в тюрьме он вступил в маоистскую компартию DKPML, а выйдя на свободу в 1979 году проделал столь сложную эволюцию,что какое-то время состоял в СвДПГ, а ныне тесно общается с неонацистской НДП. А поначалу он играл очень важную роль у него были обширные связи – он руководил Коллективом социалистов-адвокатов. Вся руководящая четверка RAF прекрасно взаимодополняла друг-друга: огромные связи Малера, идеология Ульрики, боевизм Баадера и фанатизм Гудрун. Ян-Карл Распе сын фабриканта, родился в 1944 году, также как и Баадер родился уже после смерти отца и воспитывался кучей теток. Он был перебежчиком из ГДР и прибыл в Западный Берлин в один год с Баадером. Кстати среди новых левых было довольно много бывших ГДРовцев («оssi» как называют их западные немцы): сам Руди Дучке был перебежчиком, Бент Рабель, фактический лидер SDS, один из лидеров «Движения 2 июня» Михаэль Бауман по кличке Бомми. Распе и Бригита Монхаупт – единственные из RAF, кто жил в коммуне

Началось все с приезда шаха Ирана в Германию. Среди левых этот визит вызвал настоящую истерию: не пустим кровавого палача, американскую марионетку на немецкую землю! Впрочем, пустили. И когда он приехал в Западный Берлин, то 2 июня 1967 года собралась громадная демонстрация протеста. Сержант полиции в потасовке выстрелом в спину убил 23-летнего студента-теолога из Ганновера Бено Онезорга.

Фотогеничное, похожее на Христа лицо Бено Онезорга, то что он из Ганновера, то что он случайно оказался в Берлине, то что он теолог, то что у него беременная жена, его фотография на носилках, без рубашки похожая на снятие с креста в плащанице, все это произвело страшный фурор. Отсюда и пошло название одной из терргрупп – Движение 2 июня. Пошли возмущенные демонстрации, митинги, выступления в прессе. Среди возмущенных возгласов в Беррлинском университете раздался крик Гудрун: «Неужели вы не видите – это фашистское государство! Это поколение Освенцима, и с ними можно говорить только языком насилия.»

На этой почве она сходится с Баадером. Баадер до тех пор ходил на все эти левые тусовки и прикалывался. Когда он что-нибудь говорил, то всех пугал: «История делается только путем самопожертвования и убийства, только кровью. А иначе все это - говорильня.» Его всерьез не принимали, считали за дурачка, но когда надо было подраться или охранять демонстрацию, всегда звали его, и он всех мочил. И как раз Баадеру пришла в голову идея сделать революционный жест – поджечь в знак солидарности с третьим миром (тогда как раз начались очередные бомбежки во Вьетнаме) какой-нибудь символ системы потребления. Они решили поехать во Франкфурт-на-Майне (в Берлине их все знали) и там сжечь крупнейший универмаг. Но этот поджог еще не начало RAF. Это лишь его предыстория.

Баадер с Энслин и еще два человека: Товард Пролль и Хорст Зонляйн (они впоследствии отошли и в терроре принимала участие только сестра Пролля – Астрид; типичные любители хэппинингов и красивых театральных жестов, в отличии от Андреаса и Гудрун). После этого поджога все тут же попались. Девица, у которой они ночевали во Франкфурте, пошла вечером в клуб Вольтера. Места тусовок новых левых в тогдашней Германии назывались либо клуб Вольтера, либо Республиканский клуб, такие клубы были в каждом крупном городе, как правило там же располагалась и штаб-квартира SDS. Так вот хозяйка их квартиры проболталась о поджигателях своему парню, который оказался стукачом, и всех уже на следующий вечер повязали.

Они некоторое время сидели, потом их выпустили под залог и они должны были вернуться на суд. Баадер с Энслин начали заниматься воспитанием беспризорных детей: организовали коммуну. Из этих малолетних девиц в деятельности RAF приняли участие лишь единицы – в основном они стали уголовницами и проститутками. Это стало для Андреаса и Гудрун лишним поводом стремиться переделать окружающий мир и произвести революцию. Еще одним позывом к террористической борьбе. Они видели, что невозможно перевоспитать этих детей – сама система толкает их на путь преступности. Теория «малых дел», живущая в левом сознании еще со времен хождения в народ, оказалась мифом. «Если каждый на своем месте будет помогать обездоленным, будет хорошо делать свое дело, то мир станет лучше и чище» – все это туфта и лажа. Это ничуть не лучше буржуазной благотворительности и «христианского милосердия» Армии Спасения – та же бесплатная миска супа под Рождество, только разбавленная еще розовыми слюнями. Оправдание для слабовольных импотентов, боящихся решительных средств борьбы. Нельзя «малыми делами» изменить систему.

Спустя две недели после поджога неофашистский работяга-алкоголик стрелял в Руди Дучке и тяжело ранил его. В результате Дучке остался на всю оставшуюся жизнь инвалидом и в 1981 году утонул в ванной в результате приступа болезни. Неизвестно, если бы он не стал инвалидом, может быть он не отошел от революционного движения, и с его авторитетом мог бы стать одним из вождей террора, а так к концу жизни он стал левым социалистом, одним из основоположников экосоциализма, вошел в партию зеленых. И еще одна досадная неприятность помешала террору в Германии обрести размах итальянского терроризма – в 1970 году, когда была велика вероятность, что значительная часть студенческого движения уйдет в террор, лидер крайнего крыла SDS, второй человек после Дучке, председатель франкфуртской организации союза – самой крупной в Германии, Юрген Краль погиб в автомобильной катастрофе. Все шансы были за то, что он уйдет в террор, все его дружки по руководству SDS в Гамбурге и в Мюнхене ушли тогда в террористы видимо существовала некая негласная договоренность. Но они были неавторитетны, а Краль во внепарламентской оппозиции являлся фигурой N2 после Дучке. Тогда SDSом фактически заправлял триумвират Дучке, Рабель и Краль. Рабель держался всегда в тени Дучке, а потом,уже после раскола SDS, уехал в Колумбию и там помогал местным партизанам. Когда нужно было возвращаться на суд, Гудрун с Андеасом не вернулись и вдвоем ушли в подполье. Их начали разыскивать, они скрываясь метались из города в город. И в апреле 1970 г. патруль во время случайной проверки документов арестовал Баадера. Ульрика Майнхоф писала тогда материал о франкфуртском поджоге, а Малер был у Баадера адвокатом во время дела.

Можно указать точную дату рождения RAF – 14 мая 1970 года, в этот день был организован побег Баадера из библиотеки знаменитого Франкфуртского института социальных исследований (Франкфуртской школы), которой ему разрешили пользоваться в тюрьме. Вообще очень много написано о влиянии философии Маркузе, и негативной диалектики Адорно на взгляды новых левых и левых террористов, но это происходило не только на идейном уровне, они часто пересекались и встречались в личной жизни. Ведь все RAFовцы как и лидеры BR в Италии были социологами, Адорно был даже научным руководителем Краля и считал его лучшим студентом. Франкфуртская школа – связующая нить между разными поколениями революционеров и леворадикалов: в ней сотрудничал Рихард Зорге, и из ее же библиотеки бежал Баадер. Во время этого побега был случайно ранен библиотекарь. 5 июня в популярном на левой тусовке анархистском журнале «Агит 883» было опубликовано первое коммюнике RAF, заканчивающееся призывом «Вооруженное сопротивление началось, создавайте Фракцию Красной Армии». Отличительной чертой политической лексики RAF стал термин «свиньи», под ним в зависимости от контекста подразумевали всех противников – полицейских, государство, капиталистов, военных: «Свиньи захотели…», «Свиньи думали…» После этого они совершили ряд удачных экспроприаций, на вырученные деньги слетали на Ближний Восток, где прошли курс подготовки в лагерях палестинских боевиков. Затем возвращаются в Германию и создают три боевых группы в Западном Берлине, Гамбурге и Франкфурте.

Актов индивидуального террора у первого поколения RAF было очень мало, в основном эксы и взрывы. 1 июня 1972 года арестовали Баадера, Распэ и Хольгера Майнца, 7 июня Энслин, а 15 -Майнхоф. Таким образом летом 1972 года, в момент подготовки самого мощного своего покушения все руководящее ядро RAF оказывается за решеткой. Остатки первого поколения были арестованы в начале 1973 года. Но параллельно шел другой процесс: на путь террора встали анархисты – обитатели коммун и организаторы хэппинингов. Коммуна N1, из которой вышли Фриц Тойфель, Райнер Лангханс и Дитер Кунцельман, возникла летом 1967 года. В 1968 году в том же Берлине возникла коммуна Виланда, гораздо более политизированная, по сравнению с Коммуной N1. В коммунах помимо группового секса занимались еще и регулярным проведением политических акций, собраний и дискуссий, хэпинингов. Одновременно возникла такая же коммуна в Мюнхене, в которой впоследствии скрывался от преследований полиции Фриц Тойфель. В конце 1969 года возникает террористическая организация, созданная обитателями этой коммуны – Южный фронт действий (ASF), т.н. «мюнхенские коммунарды». Они совершили несколько террористических актов, но их поймали уже к началу 1970 года. Позднее некоторые из них вступили в RAF.

Стоит отметить, что террористы первого поколения вначале были резко настроены против убийств: в первом манифесте RAF было записано, что они против причинений ущерба жизни и здоровью людей. Но от этого членам РАФ пришлось отказаться очень скоро,после того как они увидели, как по зверски с ними поступает полиция, когда в 1971 году при аресте в Гамбуге была застрелена 20-летняя Петра Шелм и убиты лидеры второинюньцев Георг фон Раух и Томас Вайсзеккер. И постепенно, под воздействием государственных репрессий, немецкие левые террористы были вынуждены перейти к индивидуальному террору и убийствам.

Каждую акцию террористы подписывали подразделением, названным по имени погибшего товарища «коммандо Петра Шелм», «коммандо Маргарет Кагол», причем не только своих немецких, но и американских, турецких, итальянских, например «коммандо Джордж Джексон». Этим они подчеркивали, что их борьба – лишь часть великой всемирной схватки.

В феврале 1970 года возник Социалистический коллектив пациентов (SPK), организованный супругами Губер: Вольфгангом и Урсулой. Эта группа издавала свой орган «Patientеn-info» и действовала в Бидельбергском университете. Они проповедовали антипсихиатрию – идею о том, что больны не люди, а общество и потому требовали освобождения узников психиатрических лечебниц. Но не стоит думать, что все они были психи; в основном это были студенты-психологи и коммунары. Очень быстро акции борьбы SPK были пресечены, и 22 июня 1971 полиция разгромила эту организацию, а лидеров арестовала. Оставшиеся на свободе пациенты создали новую организацию «Информационный центр Красного Народного Университета» и продолжили издание своего информбюллетеня. Этот центр стал вторым, помимо «2 июня», гнездом «коммунарского» терроризма.

Возникает и третий центр терроризма второго поколения – «адвокаты RAF», как правило это были друзья Хорста Малера. Целая группа адвокатов, которых было больше чем самих RAF-овцев первого поколения, после того как в 1971 году Малер был арестован вместе с кучей женщин на квартире, перешла от защиты RAF на суде к защите RAF с оружием в руках. Особенно отличились двое из них, Клаус Круассон, который сидит сейчас по обвинению в шпионаже в пользу ГДР, и Зигфрид Хааг – фактический руководитель второго поколения RAF. Баадер и в тюрьме развернул бурную деятельность – через адвокатов руководил оставшимися на свободе бойцами RAF, писал манифесты, составлял листовки, разрабатывал планы новых акций. В ответ на это тюремная администрация все ужесточала условия содержания и, тем самым, фактически подготавливала почву для новой RAF. Обо всех этих мерах дискриминации становилось известно на воле, и в левых кругах среди симпатизантов RAF пошли разговоры, что государство, которое называет себя демократическим, на самом деле применяет пытки, изолирует заключенных, запрещает любые контакты. На волне сочувствия к заключенным RAF в Гамбурге возникла новая организация «Комитет против пыток», из него вышли многие лидеры второго поколения. Можно отметить определенную закономерность – люди обращались к террору не просто под воздействием некого импульса, а исчерпав все возможности что-либо изменить в обществе, действуя через легальные нетеррористические организации

И все-таки первому поколению RAF не удалось достичь своей главной цели – создать массу RAFов, развернуть тотальную городскую герилью против немецкого государства. В тюрьме заключенные первого поколения RAF регулярно объявляли голодовки, во время одной из таких голодовок 1974 года, на 83-м дне голодовки умер Хольгер Майнц. Его посмертная фотография обошла все газеты. До ареста это был красивый, здоровый парень, студент факультета кинематографии, ему не было еще 30лет. И фотография мертвеца – огромная борода, заострившийся нос, лицо как у скелета, кажется что это столетний старик. На следующий день после его смерти председатель Верховного суда Западного Берлина Гюнтер фон Дрекман отмечал день рождения. В разгар праздника в дверь раздался звонок. Хозяин открыл – на пороге стояли две юные красавицы. Одна протянула ему букет роз, а другая достала автомат и изрешетила тело судьи. Это девицы из «Движения 2 июня» отомстили за смерть Хольгера Майнца. Это было одно из самых громких дел «2 июня», другая акция принесшая славу этой организации, которой казалось самой судьбой предначертано было вечно оставаться в тени своих старших товарищей из RAF, это похищение лидера христианских демократов Западного Берлина Петера Лоренца. И в обмен на него они добиваются освобождения нескольких членов своей организации. В это же время происходит захват посольства в Стокгольме. Четверо «социалистических пациентов» захватили западногерманское посольство в Стокгольме. Двое погибло – Ульрих Вессель и Зигфрид Хаузнер. Удачное похищение Лоренца среди бела дня из машины, убийство Дрекмана, захват посольства в Стокгольме, освобождение террористов – все это способствовало подъему новой волны террора.

Из той же коммунарско-анархистской среды, в которой родилось «2 июня», в 1973 году вышла новая террористическая организация – Revolutionаren Zellen (RZ) «Революционные ячейки», на счету которой тоже немало славных дел.

В 1974-75 годах действуют в основном SPK, 2 июня и RZ в компании с Карлосом. Новой волной RAF пока и не пахнет. Но в результате скрытых процессов вокруг Зигфрида Хаага сплачивается новое ядро RAF. Они разрабатывают план новой операции. Но надо же так случиться, что в самом начале в 1976 году Хаага и его ближайшего помощника арестовывают. Тем не менее, вышедшая тогда же из тюрьмы Бригита Монхаупт, (1949 г.р. прошла весь путь борьбы в рядах первого поколения RAF) становится фактическим лидером второго поколения. Кроме нее заметными фигурами этой генерации бойцов RAF стали Кристиан Клар (1952 г.р., ранее сотрудничал в гамбургском «Комитете против пыток»), Адельхайд Шульц (активистка того же «Комитета», бывшая медсестра), Астрид Поль, Фолькерс, Гюнтер Зонненбург, Лютц Тауфер. В 1977 году эти люди проводят серию из трех актов, которые стали вершиной левого террора ХХ века.

7 апреля в Карлсруэ они убивают Генерального прокурора Западной Германии Зигфрида Бубака, 30 июля во Франкфурте-на-Майне на загородной вилле они убивают президента «Дрезденер-банка» Юргена Понто и 5 сентября похищают председателя Западногерманского союза промышленников Ганса-Мартина Шляйера.


В результате в 1977 году вся Германия была поставлена на уши. Недаром знаменитый фильм Маргарет фон Тротта о событиях той эпохи назывался «Свинцовые времена».

9 мая 1976 года в своей камере была найдена повешенной Ульрика Майнхоф. Это была незаконная казнь, а не самоубийство. Даже власти косвенно признали это, похоронив тело Ульрики в черте кладбища, на освященной земле. К тому времени от нее отвернулись все традиционные левые и либералы. Рената Римек и сама не приехала на похороны, и дочерям Ульрики не позволила этого сделать. Ее провожали в последний путь 4 тысячи студентов в масках. Массовые демонстрации прошли в этот день по всей Германии, по Италии, по целому ряду европейских стран.

Дальнейшее хорошо известно: смешанная палестино-турецкая терргруппа захватила самолет, угнала его в столицу Сомали Могадишу, и потребовала в ответ на освобождение заложников освободить ряд террористов и в т.ч. Андреаса Баадера. Израильские коммандос организовали штурм самолета, угонщиков захватывают, а на следующий день в своих камерах в самой страшной тюрьме Германии – Штамхайм были найдены убитыми Баадер, Энслин и Распэ. На подошвах ботинок мертвого Баадера обнаружили песок, идентичный песку Могадишо. В камерах были обнаружены оружие и радиоприемники, строжайше запрещенные тюремным режимом. Выяснилось, что у самых охраняемых преступников в мире под рукой хранился целый арсенал оружия, хотя каждого допущенного к ним адвоката тщательно обыскивали и чуть ли не рентгеном просвечивали. Всех их хоронят, как и Ульрику, внутри кладбищенской ограды, причем добивался этого лично бургомистр Штутгарта – Роммель, сын национального героя Германии Эриха Роммеля, по прозвищу «Лис пустыни», который тоже действовал в африканской пустыне и был таким же отчаянным мужиком, как и Баадер, и который после антигитлеровского путча 1944 года был вынужден покончить жизнь самоубийством.

Но история RAF не закончилась со смертью его основателей. В 1978 году совершает побег из тюрьмы Стефан Вишневский. В 1979 г. члены РАФ организуют в Бельгии покушение на главнокомандующего силами НАТО в Европе генерала Александра Хейга,а в 1981 г. покушение на командующего вооруженными силами США в Европе Фредерика Крезена – оба неудачные. Крезену стрельнули из базуки в окно, но он, сволочь такая, жив остался. В конце 1982г. ядро руководителей РАФ второго поколения – Бригит Монхаупт, Адельхайд Шульц и Кристиан Клар – была арестована. Так завершилась деятельность 2-го поколения RAF, действовавшего с 1977 по 1982 год

За арестом лидеров последовала целая цепь провалов, и лишь с 1984 года начинается история третьего поколения RAF. Центральными фигурами этого периода стали супруги Барбара и Хорст-Людвиг Майер, Людвиг Гранц, Биргит Хегефельд и Томас Симон. С неотвратимым постоянством новая RAF взяла себе за моду с середины 80-х по 1991 год включительно убивать раз год какого-нибудь ведущего деятеля Германии. То убьют видного чиновника МИДа, то пристрелят председателя концерна «Симменс», то грохнут директора «Дойче банка». Последней их видной жертвой стал Деттлев Карстен Роведдер,крупнейший промышленник руководивший приватизацией в восточных землях объединенной Германии. Но массового движения им вызвать уже не удавалось.

Несмотря на это, наступление третьего поколения RAF, начатое в 1984 году, знаменовало собой новый этап в развитии взаимодействия левых терорганизаций на международном уровне. В декабре 1984 года во время очередной тюремной голодовки узников RAF, когда голодало 40 человек одновременно, они обнародовали декларацию в которой сообщили, что начинают борьбу единым фронтом вместе с французами из «Аксьон директ», итальянцами из «Красных бригад», бельгийцами из «Борющихся коммунистических ячеек» и всеми другими революционерами, вставшими на путь вооруженной борьбы против НАТО и американского империализма. Эти акции должны были сокрушить милитаризм и стать частью политики борьбы за мир. Первой такой акцией стало неудавшееся покушение против школы офицеров-НАТОвцев в Оберанерграу. В случае успешного взрыва здесь должно было погибнуть более тысячи курсантов, и, поэтому, даже сама попытка стала сенсацией. В ходе этого дела погиб старейший террорист, ветеран второго поколения RAF Иоханнес Тимме. Параллельно с этим RAF организует покушение на председателя концерна «Моторен унд турбинен уньон» (МТU) Циммермана. Одновременно, в рамках «Наступления за мир 1984 года», происходят покушения братских организаций в других странах. «Аксьон директ» убивает генерала Рене Абрана, бригадисты – генерала Джорджери. В то же время проводятся акции португальских «Народных сил 25 апреля» и греческой организации «17 ноября». На некоторое время создалось впечатление, что существует некий всемирный террористический заговор, готовый по приказу из единого центра уничтожить всю правящую верхушку капиталистического мира. На самом же деле никакой всемирной координации действий террористов не существовало. Просто греческие, португальские и испанские террористы, прослышав о совместном выступлении рафовцев и& «Аксьон директ», решили форсировать собственные операции. Но тогда, в 1984-85 годах все средства массовой информации кричали о начале новой эпохи евротерроризма, о том,что международные террористы бросили вызов западной цивилизации.

Правда, очень скоро «Аксьон директ» и бельгийские «Ячейки» власти разгромили и уже к 1986 году от них и следа не осталось. «Красные Бригады» сошли на нет к концу 1980-х. И только непобедимая RAF продолжала борьбу. 1 апреля 1991 года Роведдера разорвало на куски ракетным снарядом, запущенным бойцами RAF. И лишь в апреле 1992 после 22 лет непрекращающейся борьбы RAF заявила о прекращении вооруженной борьбы в связи с изменением политической ситуации и объединением Германии. Они заявили что отказываются от акций индивидуального террора. Тем не менее, на следующий год, 27 марта 1993 года, происходит последняя крупная акция RAF – они взорвали новую только что построенную, но еще не заселенную тюрьму Кнаст-Нойбау под Дармштадт-Вальтерштадтом. Она буквально взлетела на воздух. И это очень символично – бойцы РАФ начали свою деятельность с освобождения Баадера из тюрьмы и закончили взрывом тюрьмы. Последний раз название RAF всплывало в печати в июне 1993 года когда на вокзале в Бад-Кляйнене в перестрелке был убит террорист Вольфганг Грамс, он успел застрелить полицейского инспектора из знаменитой атитеррористической бригады GSG-9, и была схвачена его подруга Биргит Хёгефельд. Это была последняя громкая акция RAF. А в 1998 году, как известно, оствшиеся на свободе бойцы РАФ приняли решение о самороспуске организации, в связи с «изменившейся политической обстановкой». Но борьба продолжалась – стоило RAF заявить, что они отказываются от индивидуальных покушений, как появилась целая серия новых организаций, прежде совершенно неизвестных. Наиболее известна среди организаций новой волны группа, практически дословно повторявшая лозунги RAF 1972 года – АIZ(Антиимпериалистические ячейки сопротивления имени Нади Зехадах). Они организовали в 1995 году покушения на двух видных христианско-демократических политиков Бланка и Келлера (к ним в квартиры были подложены бомбы), а также целую серию взрывов. Вторая по эффективности современная тергруппа называлась K.O.M.I.T.E.E. (Комитет), она производила взрывы и поджоги, в основном в Берлине. Далее следует «Группа Барбары Кистлер», названная по имени швейцарки, вступившей в курдский партизанский отряд и погибшей в столкновении с войсками турецкого правительства. Эта группа в Рейнланде в 1994 году совершила взрыв в помещении штаб– квартиры ХДС. Организация «Класс против класса», состоявшая, по – видимому, из бывших анархистов(или автономов) взрывала офисы и поджигала машины, стараясь избегать человеческих жертв. Почти до конца 1990-х годов действовали Революционные ячейки (RZ) – в 1995 году они взорвали пограничный пункт во Франкфурте-на-Одере, до недавних пор действовало женское ответвление Революционных ячеек – Rote Zora. Оно возникло в 1979 году и с тех пор регулярно занималось взрывами и поджогами. Действовало и другое отделение RZ – Revolutionere Wieren (Революционные вирусы), его акции были направлены против исследований в области генной инженерии.

Таким образом дело RAF продолжается и сегодня. Многие бойцы германской «городской герильи» так и остались на свободе, так что чем черт не шутит.